Выяснились удивительные подробности биографии известной журналистки
Сегодня мы простились с нашим старейшим журналистом Натальей Александровной Дардыкиной. Она умерла на 96-м году в День рождения газеты, которой отдала более полувека.
Прощались с известным журналистом в городке Жуковском, где она жила многие годы. В храме Державной иконы Божьей матери собралось немного народу, и самое удивительное в том, что пришлись проститься с Натальей Александровной большей частью не коллеги по журналистскому цеху, а ее ученики. Те, кого она, будучи педагогом, выпустила в жизнь — страшно сказать — 60 лет назад.
Седовласые люди вспоминали о своей учительнице русской литературы с любовью. Тогда, в середине 60-х к ним в первую в стране физико-математическую школу пришла молодая большеглазая учительница и мгновенно перевернула жизнь будущих ученых и авиаконструкторов.
— Она стала учить нас читать книги, слышать и понимать слово, — рассказал Лев Стражников. Он опекал Наталью Александровну до последнего дня. — Но самое главное, чему она нас научила — это быть активными людьми, с позицией. Как говорится в известном стихотворении: «Если я гореть не буду, если ты гореть не будешь, если мы гореть не будем, кто тогда рассеет мрак?». И мы такими стали. Не случайно же только из одного нашего класса в новое время стали депутатами сразу три человека и много чего полезного сделали.
А еще молодой педагог организовала в физмат-школе поэтический кружок и театральную студию, подружив на всю жизнь сердца физиков с лирикой.
— Была у нас одна история, — продолжает Лев Анатольевич. — В студии она решила поставить «Двенадцать» Блока. Мы репетировали, сделали, спектакль смотрит районное начальство и в финале обвиняет нас (и прежде всего Наталью Александровну) в пропаганде религии. Ведь поэма Блока заканчивается, как известно, так: «В белом венчике из роз впереди идет Христос». Какой Христос в то время? В общем, скандал назревал. Тогда мы втроем — Наталья Александровна, я и Юра Гуревич сели думать, как выйти из положения. И придумали изменить финал: «В белом венчике из роз впереди идет… матрос». И начальница из ГорОНО, не очень знакомая с творчеством Блока, осталась очень довольна. «Так и надо», — сказала она радостно и разрешила нам играть спектакль.
Они без конца вспоминают, вспоминают, прошлое: в том, какие они в настоящем – ее заслуга. Еще работая в школе, она и сама писала стихи, занималась переводами и могла бы стать легендой педагогики, но… ей была уготована судьба иная — журналиста.
В 1968 году Наталья Александровна пришла в хулиганскую московскую молодежку, где сразу проявился ее литературный дар: ее статьи активно читали, потому что они обжигали ярким и, что не маловажно для того времени, принципиальным словом. Она не боялась конфликта, не боялась ссориться с именитыми авторами, начальством и замечала талантливых молодых журналистов, поэтов. А те с ее легкой руки отправлялись в полет.
Отпевал Дардыкину отец Николай (в миру Булгаков). Кстати, член Союза писателей.
— Если бы 20 лет назад мне сказали, что я буду отпевать Наталью Александровну, ни за что не поверил бы. Она писала обо мне, мы разговаривали много. Но Господь распорядился по-своему.
Отпевание в большом, но уютном храме прошло чинно, светло было всем, кто пришел проститься с известным педагогом, журналистом, поэтом Натальей Дардыкиной. У Натальи Александровны не было своих детей — ученики заменили их. Из родных остался племянник Володя, он очень хорошо организовал прощание с тетушкой и был с ней практически до конца. Говорит, что еще совсем недавно Наталья Александровна удивляла врачей своей подвижностью, двигалась легко вопреки возрасту. Да она и жила вопреки – времени, которое ей выпало, женской судьбе, которая оказалась непростой.