Три поколения семьи о науке, «Росатоме» и семейных ценностях

Почему семья Ижвановых уже три поколения связана с атомной отраслью? Вадим Олегович Ижванов, продолжатель легендарной династии, признается: выбор профессии был во многом предопределен. Его дед, Лев Алексеевич Ижванов, — лауреат Государственной премии СССР и один из первых технологов НИИ НПО «ЛУЧ», чьи разработки спасали жизни. И это не преувеличение: многие технологии института нашли применение и в медицине — например, в рентгеновских излучателях для лечения рака. Отец, Олег Львович, участвовал в испытаниях ядерных энергоустановок. Сам Вадим Олегович занимается аддитивными технологиями. «В «Росатоме» есть уверенность в завтрашнем дне, — говорит он. — Это не просто работа, а состояние страны». А что насчет нового поколения? Дочь Вадима Олеговича, Валерия, выбрала экономику, но семейные ценности — трудолюбие, преданность делу — унаследовала в полной мере.

тестовый баннер под заглавное изображение

Ижвановы — семья, где наука и быт переплелись: выбор города для жизни был продиктован желанием быть рядом с коллективом, которому доверяли исследования, и участвовать в жизни предприятия. Подольск стал домом, потому что здесь — лаборатории и люди, с которыми шли в науку.

Поколение детей дышит практикой: им близки технологии, проектная мысль и прикладная наука. Многие рассматривают «Росатом» не просто как работодателя, а как платформу для роста — здесь сохраняют преемственность, дают доступ к образованию, росту в профессии и участию в проектах национального масштаба.

О том, как сохраняется семейная традиция и что значит работать в «Росатоме» спустя три поколения, «МК» рассказали члены династии второго и третьего поколения — Олег и Вадим Ижвановы.

— Расскажите об основателе вашей династии — Льве Алексеевиче Ижванове. Каким он был человеком, ученым, наставником?

Олег Ижванов:

— Когда живешь с человеком бок о бок, порой не сразу осознаешь его истинную ценность. В семье мы видели в нем не главного научного сотрудника или руководителя отдела, а строгого и требовательного отца и деда, который мог и ремня дать. Чтобы понять, каким он был ученым и наставником, стоит обратиться к книге «Лев Алексеевич Ижванов», изданной в 2009 году благодаря усилиям сотрудников НИИ НПО «ЛУЧ» Э.М. Чижовой и М.А. Крыловой. Я же могу поделиться лишь личными воспоминаниями о нем как о человеке.

Фронтовик, прошедший всю войну, он закончил ее старшим сержантом в Чехословакии и был демобилизован в конце 1945 года. Вернувшись в голодный Подольск, он обнял жену и сына и отправился искать работу. Устроился в только что созданную «Опытную установку Гиредмета» при Минсредмаше. Директор В.Н. Костин, выслушав его, сказал: «Вы, молодой человек, попадаете на предприятие, о котором начинающий инженер может только мечтать». Эти слова дед запомнил на всю жизнь — он проработал в институте 53 года.

На предприятии были и есть специалисты, достигшие больших высот в науке, получившие более высокие звания, большие награды, занявшие руководящие посты. Кто-то бегал быстрее на лыжах, кто-то на дачах собирал богатые урожаи томатов и облепихи. Но, как в многоборье, важно не первенство в отдельных дисциплинах, а сумма достижений. Так и дед — благодаря научной и общественной деятельности он заслужил непререкаемый авторитет. Не берусь судить, превзошел ли он Ефима Славского, но уважением он пользовался и в кабинетах Минсредмаша, и среди рабочих в цехах. А это дорогого стоит. Он задал высокую планку и по праву получил свои награды, книгу и память о себе.

Однолюб. Сегодня сказали бы, что он придерживался традиционных семейных ценностей. Но не из расчета, а по любви. Они прожили с женой душа в душу до последнего вздоха. Доверие было абсолютным — его фронтовые письма до сих пор трогают до глубины души.

Он был фанатиком спорта и привил эту любовь детям и внукам. В 17 лет стал чемпионом Московской области по теннису среди юношей, а позже возглавил добровольное спортивное общество на предприятии. Благодаря ему спортивная жизнь там била ключом. В юности он участвовал в школьной театральной студии, и это отразилось в его таланте устраивать представления на семейных праздниках. Часто его просили быть тамадой — и он справлялся блестяще, с шутками и анекдотами.

Судьба испытывала его жестоко: два инфаркта, прогрессирующая глаукома, отслоение сетчатки и почти полная слепота к 83 годам. Но даже тогда его кабинет не пустовал — коллеги провожали его на работу. В тяжелые 90-е, несмотря на состояние, он находил международные гранты и сохранял научный коллектив отдела. Казалось бы, невероятно, но это так. К нему можно применить выражение, что «Люди подобны вину: если с годами они становятся лучше, значит, они очень высокого качества».

— Когда и как вы поняли, что хотите продолжить дело старших поколений?

Вадим Ижванов:

— Честно говоря, о «деле старших поколений» я до самого окончания института имел довольно смутное представление. Но если говорить о выборе профессионального пути, то уже в 8-м классе я точно знал, что хочу работать с техникой. Тогда как раз нужно было решать: идти в ПТУ или готовиться к высшему образованию. А окончательное решение созрело к 10-му классу при выборе института.

Наверное, в каком-то смысле этот выбор был предопределен генетически. Еще в третьем классе я увлекся радиотехникой, потом переключился на велосипеды — разбирал, собирал, пытался из двух сделать один и наоборот. Затем пришло увлечение фото- и автотехникой… Правда, познание в те годы шло как бы задом наперед: сначала я хватал инструменты и пытался сделать все сразу, а уже потом, когда что-то ломалось, сгорало или взрывалось, приходилось включать голову и разбираться, почему так вышло.

— Были ли сомнения или попытки «вырваться» из династии, выбрать другой путь, и что повлияло на решение все-таки остаться?

— Человек по-настоящему увлечен делом, когда видит востребованность своих усилий. Без этого работа превращается в бессмысленную «работу в стол», убивающую всякую инициативу. Именно такая ситуация сложилась в стране, когда я заканчивал МИФИ, — это временно поколебало мое желание продолжить семейное дело. Однако страсть к техническому творчеству, к работе руками и головой оказалась сильнее обстоятельств.

Со временем, с накоплением опыта и профессиональным ростом, я естественным образом вернулся к тому самому «делу старших». Все сложилось органично: с одной стороны — багаж знаний и наработок, с другой — появление реальных задач от государства и общества: ОКРы, НИОКРы, новые исследования и разработки. Как метко заметил Марк Твен: «Два самых важных дня в твоей жизни: день, когда ты появился на свет, и день, когда понял, зачем…».

— Какие семейные традиции связаны с профессиональной сферой — что передается из поколения в поколение?

Олег Ижванов:

— Все три поколения нашей семьи участвовали в проектах атомной энергетики, но профессиональные направления у нас совершенно разные. Дед был специалистом в материаловедении и лауреатом государственной премии, я работал в области физики и техники прямого преобразования ядерной энергии, а Вадим занимается конструированием технических устройств и установок для различных отраслей науки и техники.

Настоящая семейная традиция заключается не в конкретной профессиональной специализации, а в особой трудовой этике. Это принцип полной отдачи знаний и способностей, не допускающий подмены действительного желаемым. И здесь нельзя не отметить огромную роль бабушки — ее вклад в достижения деда и всей нашей семьи составляет, без преувеличения, половину общего успеха.

— Какое достижение в работе или науке вы считаете самым важным?

Вадим Ижванов:

— Как сказал один гонконгский мудрец: «То, чего ты не понимаешь, кажется магией. То, что ты постиг, становится технологией». Этот принцип применим ко всему творчеству и созиданию. Каждый пройденный этап — безусловно, достижение. Но новые задачи всегда открывают новые возможности, поэтому главные свершения, я убежден, еще впереди.

Среди перспективных направлений — переход от разработки экспериментальной установки аддитивных высокотемпературных процессов к созданию готовых изделий и отработке технологии их производства. Или, например, формирование единой цифровой среды, объединяющей разработку и производство на предприятии: базы данных, технологические процессы — и их интеграция с аддитивными производственными методами.

— Какие знаковые случаи из профессиональной практики вашей семьи особенно запомнились?

Олег Ижванов:

— Если говорить о курьезных или драматичных историях — таких в семейных архивах не сохранилось. Однако передается один важный эпизод из практики моего деда.

В Институте нейрохирургии им. Бурденко для лечения рака мозга применяли гранулы из радиоактивного изотопа оксида иттрия. Но после распада изотопа вещество оставалось в мозге как инородное тело. Врачи искали решение и по рекомендациям обратились в подольскую лабораторию, где работал мой дед — Лев Алексеевич Ижванов.

Его команде удалось получить металлический иттрий невероятной чистоты — лучший в стране на тот момент. Результаты превзошли ожидания: двое безнадежных больных вышли из критического состояния, а один из них даже смог вернуться к работе. Этот случай стал ярким примером того, как фундаментальные исследования могут приводить к прорывам в медицине.

— Что для вас значит работать в «Росатоме»?

Вадим Ижванов:

— Прежде всего это осознание достижения высокого профессионального уровня, которое приносит глубокое удовлетворение. Но важнее другое — уверенность в будущем, причем не только в контексте текущей работы «здесь и сейчас», а в более глобальном смысле.

«Росатом» — это в определенной степени отражение состояния и перспектив всей страны. Осознавать свою причастность к такой организации — значит испытывать законную гордость за вклад в создание действительно уникальных технических решений и образцов техники государства.

— Как, по-вашему, «Росатом» сегодня помогает молодым специалистам?

— Безусловно, помогает. Корпорация уделяет большое внимание социальной поддержке, особенно молодым сотрудникам. На нашем предприятии регулярно рассылаются предложения о бесплатном обучении, включая возможность получения высшего образования. Также существуют программы профессионального развития, льготной ипотеки и другие меры поддержки.

Конечно, все эти возможности требуют личной инициативы — ничего само не приходит. Но по сравнению с другими организациями, даже государственными, «Росатом» предлагает действительно значительный набор программ для профессионального и личностного роста молодых специалистов.

— Что вы бы сказали тем, кто мечтает построить свою династию с нуля — прямо сейчас, в наше время?

— Главное — уметь работать с «человеческим материалом», а у каждого он особенный: со своим характером, темпераментом и амбициями. Поэтому подход должен быть индивидуальным. Однако есть универсальные принципы.

Нужно стать ориентиром для своих последователей. Как метко заметил Жванецкий: «Мало знать себе цену — надо еще пользоваться спросом», или, как говорил Томас Мор: «Хотите добиться успеха? Ведите себя так, будто он у вас уже есть».

Если хотите создать династию, начинайте с себя — развивайте в себе лучшие качества. Хотя помните: то, что сегодня кажется достоинством, завтра может стать недостатком. И наоборот. Неизменным остается лишь одно — настоящее трудолюбие и работоспособность.

Олег и Вадим Ижвановы:

— Если бы можно было обратиться к первому поколению вашей династии — что бы вы сказали Льву Алексеевичу?

— Дорогой дед. Ты вынес на своих плечах невероятное: войну, послевоенную разруху, работу в экстремальных условиях, повседневные трудности быта, непослушание детей и работу с опасными материалами без должной защиты. Но в тебе всегда горел творческий огонь — стремление к инженерному совершенству сочеталось с глубоким пониманием человеческих нужд и уважением к коллегам.

Ты никогда не обращал внимания на бытовые неудобства и, порой, окружающее лицемерие. Главное, чему ты научил нас, — это мужеству перед лицом трудностей, стойкости в преодолении препятствий и спасительной силе юмора. Низкий тебе поклон. Мы тебя любим.